Цитаты из книги «Год смерти Рикардо Рейса» Жозе Сарамаго

20 Добавить
"Год смерти Рикардо Рейса" - роман, ставший, подобно "Волхву" Фаулза, культовым для европейской литературы. Это великолепная игра, поскольку даже в самой Португалии далеко не всем известно, что никакого Рикардо Рейса в действительности не было, что это один из гетеронимов великого португальского поэта Фернандо Пессоа. Сарамаго устраивает "встречу" Творца и Творения, которая происходит на фоне бурных событий 1936 года...
Не знаю, вправе ли я пожелать вам счастья в Новом году. Отчего же, пожелайте, мне это не повредит, все на свете, как вам известно, – слова.
Если покойник столь беспокоен, значит, смерть не дарует покой. В мире вообще нет покоя – ни для живых, ни для мертвых. Так в чем же тогда разница между ними? В том лишь, что у живых еще есть время, пусть и неумолимо истекающее, время, чтобы произнести слово, сделать движение. Какое слово, какое движение? Не знаю, но люди умирают не от болезни, а от того, что не успели сказать слово, сделать дело, и потому так трудно мертвецу принять свою смерть, примириться с небытием.
Из-за дверей доносится испанская речь, можно даже не напрягать слух, звучный язык Сервантеса ничем не заглушишь, в иные времена не было на всей планете места, где бы не говорили по-испански, нам такого добиться никогда не удавалось.
...смелость, заметим, проявляется не только на поле битвы или при виде ножа, готового пропороть твое сжавшееся нутро: у иных людей там, где полагается быть смелости, дрожит нечто студенистое, но они, впрочем, в этом не виноваты, такими уж уродились.
...все у нас в жизни не так, все как не надо: спим, когда следует бодрствовать, переминаемся с ноги на ногу, когда должно маршировать, закрываем окно, хотя лучше бы держать его открытым.
...в любой ситуации найдется некто, высказывающий свое мнение, если даже его об этом не просят.
...и следует напомнить, что гостиница - это не дом, здесь витают запахи, оставленные бесконечной чередой постояльцев - испариной бессонницы, ночью любви, мокрым пальто, пылью башмаков, начищенных перед самым отъездом, а потом приходят горничные, застилают постели свежим бельём, выметают сор и сами тоже оставляют едва уловимый, но неистребимый след своего присутствия - всё это совершенно неизбежно, всё это приметы человечества.
человек превосходнейшим образом может пропасть, даже когда идет по прямой.
...на новом-то месте, в новой стране, и когда в тишине необжитой, чужой еще комнаты ждешь сна, слушая шум дождя за окном, все вдруг обретает свои истинные размеры, становится крупным, весомым, тяжелым, ибо вопреки установившемуся мнению, морочит, и с толку сбивает, и обращает жизнь в зыбкую тень как раз дневной свет, а ночная тьма вносит во все полную ясность.
...представляется сомнительным, что Христос, прощаясь с жизнью, произносил те слова, которые содержатся в Священном Писании: Боже мой! Боже мой! для чего ты меня оставил? – это если верить Матфею и Марку, а если – Луке, то: Отче! в руки твои предаю дух мой, а по Иоанну выходит и вовсе не так: Уже все свершилось, но, клянусь вам, самый темный человек знает, что последними словами Христа были: Прощай, мир, ты все хуже.
Горшая из бед – то, что человек не может увидеть самого себя на горизонте, хотя, окажись он там, испытал бы страшное разочарование, ибо есть у горизонта одна неприятная особенность – он удаляется по мере нашего к нему приближения.
В жизни всякое случается. Это – судьба. Ты веришь в судьбу? На свете ничего нет вернее судьбы. Кроме смерти. Смерть – это тоже часть судьбы...
у каждого были отец с матерью, и все же на свет нас произвели случай да необходимость...
и нет, заметим, поцелуев слаще тех, за которыми ничего не последует.
Человек должен прочесть все, или немногое, или сколько сможет, а большего от него с учетом быстротечности жизни и присущего миру многословия и не требуется.
Подозрительность витает и в атмосфере гостиной, против обыкновения, гудящей, словно отель на Гран-Виа, испанским говором, который лишь изредка, в паузах, перемежается с португальской речью — да, робко звучит язык маленькой нашей страны даже у себя дома, робки и носители его, время от времени срывающиеся на фальцет в рассуждении продемонстрировать истинное или предполагаемое владение всеми этими Usted, Entonces, Muchas gracias, Pero, ибо никто не вправе счесть себя истинным португальцем, если не говорит на чужом языке лучше, чем на родном.
И потому не стоит говорить: Завтра сделаю, потому что завтра мы наверняка будем слишком утомлены, а лучше скажем: Послезавтра, и тогда у нас в запасе будет целый день, чтобы переменить мнение и отказаться от первоначального намерения, а еще благоразумней сказать: В один прекрасный день я решу, когда придет день сказать – послезавтра, и не исключено, что это не понадобится – может быть, смерть освободит меня от этого обязательства, ибо ничего на свете нет хуже обязательства – свободы, и которой мы сами себе отказываем.
человек мается, переживает, предполагает худшее, ожидает, что мир сурово с него спросит и потребует отчета, а мир давно уже прошел дальше и думает о другом.
... полагаю, это и есть первый признак одиночества - когда чувствуешь себя бесполезным.
...одиночество заключается не в том, что человек живет один, а в невозможности найти спутника в ком-то или в чем-то, заключенном внутри нас...