4.2
2 хотят послушать 10 рецензий
1 секунду
Альтернативные озвучки
Чтобы добавить аудиокнигу в свою библиотеку либо оставить отзыв, нужно сначала войти на сайт.

Радиопостановка по одноименному роману. Ф.М. Достоевский обрисовал сложный умственный и нравственный путь развития русского юноши из общественных низов, рано узнавшего изнанку жизни... Доп. информациия: Сценарий: Елена Дьякова. Режиссёр (радио): Владимир Шведов. Над спектаклем работали: Любовь Рындина, Максим Осипов, Инна Ушанова, Елена Андреева, Ольга Яковлева, Анна Киреева, Ольга Хмелёва. Действующие лица и исполнители: Макар Иванович Долгорукий — Герман Юшко ; Аркадий Макарыч Долгорукий — Александр Быков ; Лиза, сестра Аркадия — Татьяна Весёлкина ; Софья Андреевна Долгорукая, мать Аркадия — Светлана Брагарник ; Андрей Петрович Версилов, отец Аркадия — Аристарх Ливанов; Анна Андреевна Версилова — Алла Малкова ; Татьяна Павловна Пруткова — Алина Покровская ; Николай Иванович Сокольский, старый князь — Борис Иванов ; Екатерина Николаевна, его дочь — Нина Дворжецкая ; Сергей Сокольский, князь — Александр Литовкин ; Стебельков — Олег Мартьянов ; Ламберт — Евгений Дворжецкий ; аукционист — Алексей Кузнецов ; штаб-ротмистр — Геннадий Фролов ; господин в синем пальто — Лев Шабарин ; послесловие — Вячеслав Дугин . в других ролях - артисты московских театров.

Лучшая рецензияпоказать все
man0l0 написал(а) рецензию на книгу
Оценка:

… из подростков созидаются поколения...


Удивил! (Самому стало стыдно за такой комплимент Федору Михайловичу)
Но по другому не скажешь. Попадись мне этот роман без обложки, ну никогда бы не сказал, что его автором является Достоевский. Хотя знакомое излишество деталями все же присутствует, в остальном роман каким-то особняком стоит от всего прочего творчества писателя. И, конечно, приятно, что знакомый уже классик может удивить.

Но, об удивительном позже, а пока оговорюсь и еще об одном нюансе. Роман тяжелый, роман к которому нужно приложить усилие, роман не для любителей легкого чтива. Это тяжелая литературная артиллерия, бьющая точечно, но при этом разрывными снарядами. Кто-то скажет: “Ну читал же я “Преступление и наказание” и ничего”. Я отвечу: “И я читал, и ничего близкого здесь нет, не заблуждайтесь. К этой книге нужно быть готовым”.

Название подобрано идеально. Подросток – этим словом характеризуются все те лихорадочные, часто лишенные, казалось бы, какого-то смысла события. Подростковый период, это период осознания человеком своего места в жизни, скитание в поисках цели, мысли, “идеи”. Критика себя и окружающих. Безотчетная любовь к мрази, и злобное отторжение своих прежних идеалов. В подростке все: любовь и ненависть, уединение и развязность, жажда жить и стремление покончить с никчемным существованием, признание и бездна. И все это Федор Михайлович выливает на читателя. Окатывает чувствами, загадками подростковой души, бессвязными мыслями, нескончаемыми упреками всех и вся.

Первыми же пятьюдесятью страницами я был сражен. Столько информации, загадок, мыслей, каких-то идей, интриг, обид, и, вроде бы, спонтанных поступков. Но автор и сам предупреждает читателя, что не пишет ни одной строки напрасно, и все придет в свое время, а тому, кто уже завяз в событиях, лучше бросить дальнейшее чтение. Нееет, мы не бросим, мы-то знаем, что у Достоевского все не просто так. И вскоре картина становится яснее. На первый план выходят обиженные чувства главного героя – того самого подростка, и мы становимся свидетелями душевных мук и переживаний его, желания любить и быть любимым. Но этим все не ограничивается. Одни загадки уходят и на их место приходят другие. Самоубийства, ссоры, незаконные дети, как снежный ком накатывают и накатывают на читателя. Буду честным, в некоторых моментах я просто разводил руками с возгласом: “Вот блин, Санта-Барбара”. А чего собственно ожидать? Время такое было: все друг друга знали, все, хоть через третьи руки, но были друг с другом связаны. Но все эти события лишь внешний антураж, под которым скрываются более насущные проблемы, актуальные и по сей день. На фоне распадающегося дворянства, Достоевский окунает читателя в омут проблем тогдашней России, ее граждан и отдельных сословий. И на авансцену выводит одинокую душу молодого человека, хоть и имеющего свою “идею”, но совершенно неспособного за нее ухватится. Придавленного обществом, любимыми людьми, деньгами, властью, детской бесшабашностью и желанием любить и быть любимым.

В очередной раз поразился, как все-таки мы похожи. Я имею в виду современников и тех людей, что жили во времена Достоевского. Те же претензии к молодому поколению, те же мысли о скором разложении общества, об утрате остатков морали, о продажных чиновниках, о кризисе веры о туманности будущего России, даже о вырубке лесов. Да, время идет, облик внешний мира меняется, но суть его остается прежней. Можно изобрести новый телефон или летающую машину, но изобрести новое чувство вряд ли получится.

В рамках борьбы с долгостроем.

Мы настоятельно рекомендуем вам зарегистрироваться на сайте.
5 слушателей
0 отзывов


man0l0 написал(а) рецензию на книгу
Оценка:

… из подростков созидаются поколения...


Удивил! (Самому стало стыдно за такой комплимент Федору Михайловичу)
Но по другому не скажешь. Попадись мне этот роман без обложки, ну никогда бы не сказал, что его автором является Достоевский. Хотя знакомое излишество деталями все же присутствует, в остальном роман каким-то особняком стоит от всего прочего творчества писателя. И, конечно, приятно, что знакомый уже классик может удивить.

Но, об удивительном позже, а пока оговорюсь и еще об одном нюансе. Роман тяжелый, роман к которому нужно приложить усилие, роман не для любителей легкого чтива. Это тяжелая литературная артиллерия, бьющая точечно, но при этом разрывными снарядами. Кто-то скажет: “Ну читал же я “Преступление и наказание” и ничего”. Я отвечу: “И я читал, и ничего близкого здесь нет, не заблуждайтесь. К этой книге нужно быть готовым”.

Название подобрано идеально. Подросток – этим словом характеризуются все те лихорадочные, часто лишенные, казалось бы, какого-то смысла события. Подростковый период, это период осознания человеком своего места в жизни, скитание в поисках цели, мысли, “идеи”. Критика себя и окружающих. Безотчетная любовь к мрази, и злобное отторжение своих прежних идеалов. В подростке все: любовь и ненависть, уединение и развязность, жажда жить и стремление покончить с никчемным существованием, признание и бездна. И все это Федор Михайлович выливает на читателя. Окатывает чувствами, загадками подростковой души, бессвязными мыслями, нескончаемыми упреками всех и вся.

Первыми же пятьюдесятью страницами я был сражен. Столько информации, загадок, мыслей, каких-то идей, интриг, обид, и, вроде бы, спонтанных поступков. Но автор и сам предупреждает читателя, что не пишет ни одной строки напрасно, и все придет в свое время, а тому, кто уже завяз в событиях, лучше бросить дальнейшее чтение. Нееет, мы не бросим, мы-то знаем, что у Достоевского все не просто так. И вскоре картина становится яснее. На первый план выходят обиженные чувства главного героя – того самого подростка, и мы становимся свидетелями душевных мук и переживаний его, желания любить и быть любимым. Но этим все не ограничивается. Одни загадки уходят и на их место приходят другие. Самоубийства, ссоры, незаконные дети, как снежный ком накатывают и накатывают на читателя. Буду честным, в некоторых моментах я просто разводил руками с возгласом: “Вот блин, Санта-Барбара”. А чего собственно ожидать? Время такое было: все друг друга знали, все, хоть через третьи руки, но были друг с другом связаны. Но все эти события лишь внешний антураж, под которым скрываются более насущные проблемы, актуальные и по сей день. На фоне распадающегося дворянства, Достоевский окунает читателя в омут проблем тогдашней России, ее граждан и отдельных сословий. И на авансцену выводит одинокую душу молодого человека, хоть и имеющего свою “идею”, но совершенно неспособного за нее ухватится. Придавленного обществом, любимыми людьми, деньгами, властью, детской бесшабашностью и желанием любить и быть любимым.

В очередной раз поразился, как все-таки мы похожи. Я имею в виду современников и тех людей, что жили во времена Достоевского. Те же претензии к молодому поколению, те же мысли о скором разложении общества, об утрате остатков морали, о продажных чиновниках, о кризисе веры о туманности будущего России, даже о вырубке лесов. Да, время идет, облик внешний мира меняется, но суть его остается прежней. Можно изобрести новый телефон или летающую машину, но изобрести новое чувство вряд ли получится.

В рамках борьбы с долгостроем.

Medulla написал(а) рецензию на книгу
Оценка:

Все-таки в перечитывании есть особая прелесть - словно побывать в гостях у старого друга: даже если стерлись из памяти черты, но все равно остается ощущение близкого и своего. Из великого пятикнижья Достоевского Подросток, пожалуй, наименее известен, хотя эта вещь не уступит по накалу и внутренней лихорадке душ более известным романам Федора Михайловича. Я бы даже сказала, что весь роман строится на накале страстей. В чем причина некой неизвестности романа – я не знаю. Вполне возможно, что дело в форме, в почти водевильном сюжете, на грани гротеска и трагедии: тайны, незаконнорожденные, измены, таинственные документы, которые могут решить всё, самоубийства, огромное количество действующих лиц…Слишком много всего, слишком много действия на один квадратный сантиметр текста, слишком бурная история, слишком многодиалоговый роман, в котором мало внешних монологов, в сравнении с ''Бесами'', ''Идиотом'' и ''Братьями Карамазовыми''. Тут словно главным является водевильно-ироническое действо, рассказанное устами Подростка – Аркадия Долгорукого:
- Князь?
- Нет, просто Долгорукий, незаконный сын моего бывшего барина, господина Версилова.

Подросток Достоевского – это Герман из ''Пиковой дамы'' или Скупой Рыцарь из ''Маленьких трагедий'', только незрелый, вспыльчивый, наивный, жаждущий отцовской любви, пытающийся нащупать свой собственный путь. И в чем-то очень неуловимо Аркадий Долгорукий похож на Холдена Колфилда: болезненно нетерпимый, заядлый критик всего и всех, в какой-то степени enfant terrible в своих поступках, которые зачастую просто отвратительны, он словно слон в посудной лавке - юношеский максимализм и дух противоречия, как они есть. Этот роман эдакие ''Отцы и дети'' по-достоевски. Если брать романы Достоевского, то я бы ''Подростка'' вписала в рамки поиска отношений между отцами и детьми у самого Федора Михайловича: такой путь от ''Преступления и наказания'' до ''Братьев Карамазовых''. Извечный вопрос отцов и детей. Такой взгляд на проблему был у Достоевского, который в юности пережил увлечение идеями петрашевцев.

Но у Достоевского ничего не случается просто так, ни одна буква не бывает лишней и не к месту, даже сюжет напоминает лихорадку, заболевание, которое по спирали накручивается в самую высокую температуру, в самую высокую точку накала, чтобы после резкого понижения температуры бросить в холодный пот. Но тем не менее, Достоевский виртуозно составляет график пульсации текста: когда за сценами полными накала следуют неожиданно спокойные рассуждения героя, напоминающие штиль после бури, эти размышления похожи на глоток воздуха после долгой задержки дыхания, возможность отдышаться и прийти в себя. Это городской роман, туманный, в котором нет красок и нет времен года, есть каморки, вырождающееся дворянство - слабоумное, вялое, никчемное, инфантильное, неспособное принимать решения, как Версилов или князь Сережа, или князь Сокольский. Достоевский делает некий срез эпохи, срез настроений среди молодежи, брошенной старшим поколением в прямом и переносном смысле, сталкивает две мысли, два пути: Россия – Европа или Россия – народ? Как всегда, две полярно разные мысли и два полярных направления, однако, именно в этом столкновении и возможно найти свой путь. Аркадий находится на пересечении двух дорог-идей: родной отец - Версилов – европейский путь, приемный отец = Макар Долгорукий – голос Руси, народной, голос почвенников, в какой-то степени голос самого Достоевского – почвенника. Среди безумной городской лихорадки и метаний героев, утративших традиции, веру и взаимопонимание, появление простодушного, по-детски наивного и открытого старика Макара и его любовь ко всему сущему подобны лучу яркого и теплого солнца. Пожалуй, Макар Долгорукий – это предшественник Зосимы в Братьях Карамазовых. Он не размышляет над проблемами бытия, он – знает; он не размышляет любить или не любить, простить или не простить, он – любит. В этом его сила перед инфантильным Версиловым.

Пожалуй, это единственный роман Достоевского, в котором он оставляет героя на распутье дорог. Аркадию Долгорукому предстоит самому выбрать свой путь. ''Подросток'' прекрасен угадываемыми женскими персонажами Федора Михайловича: роковая красавица - Катерина Николаевна, почти святая - Софья Андреевна(тоже Сонечка, однако). И напоследок, моя любимая цитата, не только из романа, а вообще любимая:

...Если хотите рассмотреть человека и узнать его душу, то вникайте не в то, как он молчит, или как он говорит, или как он плачет, или как он волнуется благороднейшими идеями, а смотрите на него лучше, когда он смеется. Хорошо смеется человек — значит, хороший человек.

Godefrua написал(а) рецензию на книгу
Оценка:

Я однажды проснусь,
А вокруг мир другой,
Светел, чист,
Бесконечно прекрасен.
А на троне высоком -
Царица любовь,
А на меньшее я не согласен.


Не знаю кого изобразили на обложке этого издания. Мне кажется - меня. Читала я ЭТО две недели и делала руками так, как этот человек на картинке. Иногда даже двумя руками за голову хваталась.

Подросток? Черта с два! Никакой это не подросток. Это дядя-переросток. Ни разу не добряк, причем. Если подросток не добряк, да простится ему! Гормоны все-таки. Но здесь не гормоны. Здесь недобрая суть. Герой наш очень не глупый, но весь израненный и в страстях. Всех он приводит к знаменателю непонятного идеала. Которому сам не соответствует.

Что будет если человеку не хватило любви и внимания в детстве? Обидится. На весь белый свет. Всех будет мучить и изводить. Потому что тогда били, тогда не оценили, тогда оставили… И чем же он лучше своих «мучителей»? Ничем. Еще хуже. Это если не простит. Но вот незадача. Здесь столько всего сказано про христианскую веру, про прощение. Но как-то мимо. Прощение с верой само по себе, жизнь сама по себе. Иногда, конечно, автор добавлял пубертатных выходок своему герою для пущего соответствия образу незрелого человека, но кто из нас без выходок?

Но здесь как-то много про выходки. К подростковому возрасту имеющих слабое отношение.

Первое. Деньги. Ставлю их на первое место. Это зловонный дурман. Рубли, зажатые немытыми руками, пачки ассигнаций разлетающиеся вихрем у картежного стола или рулетки, многотысячные наследства, спускаемые за месяц, десятирублевки снисходительно швыряемые девицам за их невинность. И только жалование, полагающееся за службу - презренные деньги. Я, например, никак не могу жить без лишних денег. Мне лишние гораздо важнее, чем необходимые.Интриги, тяжбы, заговоры. Все исключительно ради них. Есть деньги - все остальное презренно и пусто, всего лишь пошлые декорации.

Второе. Мужчины, женщины и «любовь». У мужчин главное - деньги. Если у женщины тоже - она не женщина, а дьяволица, говорить о ней незачем, и так все понятно. Женщина должна быть смиренной и жалкой. Со святостью вместо убеждений. Чтоб другую щеку… Лучше чтоб необразованной. Из народа. Только тогда она способна вызвать желание ее приласкать. В темном чулане. «Любовь» по Достоевскому это похоть. Постыдная, даже не животная. Это акт унижения. Где один унижает, а другой унижается. А если один не позволит другому впасть в это унижение - о-о-о, убить, погубить, изничтожить!

Третье. Спекуляции чужой корреспонденцией. Можно заполучить чужое, неосторожное письмо и почувствовать себя полноценным человеком с ресурсами. Что стоят дороже денег. И это такая истина, которая даже не оспаривается и не подвергается сомнению! Ну что из себя представлял бы «Подросток» без чужого письма зашитого в сюртуке? Ничего… А здесь - столько внимания. И вроде бы - так и надо. Не надо было писем опасных писать! «Подросток» в своем праве. И он высокого о себе мнения в связи с этим. Еще бы - с чужим секретом он чувствует собственную значимость.

Четвертое. Идея. Русскому человеку вредны идеи, вредны цели. Потому, что жить с идеями скучно, а без идей всегда весело. Они его губят, заставляют быть неразборчивыми в средствах по их достижению. А уж про то, что снижают качество жизни - и говорить не приходится. С целью или идеей в карты состояние одним махом не проиграешь. На похоть в чулане не отвлечешься. Разве что одно удовольствие можно себе позволить - богатеть знаниями о чужих секретах и по мелочи шантажировать. Не ради денег, а так… Ради идеи.

Пятое. Отцы и дети. Брошенные дети, кутящие отцы. Отец - представитель Бога на Земле. К нему все претензии. Может и справедливо, кто знает… А может и нет. Но отчего же и отец и сын пылают похотью к одной и той же женщине? Отчего же за пощечину отцу так больно сыну? Отчего отцу так приятна пощечина? Причем из книги в книгу!

Пожалуй, буду я обходить стороной мир Достоевского. Блажен, кто имеет идеал красоты, хотя бы даже ошибочный!. Лучше буду ошибаться.

Nurcha написал(а) рецензию на книгу
Оценка:

Я перечел теперь то, что сейчас написал, и вижу, что я гораздо умнее написанного. Как это так выходит, что у человека умного высказанное им гораздо глупее того, что в нем остается?

Фёдор Михайлович, безусловно, гениальный писатель. Но, Боже, как же тяжело мне далась эта книга...Возможно, дело в том, что я её слушала, а не читала глазками. Хотя, я у меня уже был опыт аудиокниг Достоевского в виде «Двойника» , «Села Степанчиково и его обитателей» и «Дядюшкиного сна» . И дело тут не в исполнителе. Анатолий Фролов озвучил её бесподобно! В меру эмоционально, четко, в классической манере. Всё как я люблю. Дело, видимо, в философии. Тут весь роман построен именно на ней. На идеях взросления молодого человека, его психологии, поведении, мировоззрении и становлении личности. Думаю просто на слух это воспринимается нелегко.
Однако, книга мне понравилась. В ней интересный, оригинальный сюжет, масса специфических личностей. А потом, безусловно, это же совершенно бесподобный, ни с кем не сравнимый язык Федора Михайловича!

— Друг мой, вспомни, что молчать хорошо, безопасно и красиво.
— Красиво?
— Конечно. Молчание всегда красиво, а молчаливый всегда красивее говорящего.

А еще книга полна различных интересных поворотов сюжета. Я, правда, по началу вообще путалась, кто кому приходится родственником, потом, вроде, разобралась. Слишком много фамилий и имен. Зато тут тебе и детективная линия, и любовная, и социальная драма. Скучать точно не приходилось. И что интересно - книга актуальна и в наше время! Особенно в плане воспитания детей и необходимости внимания к ним, особенно в подростковом возрасте.
В общем, когда-нибудь на пенсии я её перечитаю, но тогда уж 100% глазами.
Несколько сумбурный получился отзыв, но как есть. Дело в том, что Федор Михайлович - один из любимейших писателей и кроме как слов о безмерной к нему любви, что-то еще говорить сложно :))

Спасибо "Игре в классики" и "Школьной вселенной"!

Shishkodryomov написал(а) рецензию на книгу
Оценка:

От первого лица.

"Подросток" - один из романов великого Пятикнижия Федора Михайловича Достоевского, куда, кроме него, входят "Братья Карамазовы", "Идиот", "Преступление и наказание" и "Бесы". По мнению большинства критиков это произведение наименее значимое, хотя лично я этого никогда не замечал.

Перечитав его, еще раз в этом убедился. Действительно, здесь может и нет великой сверхидеи, плавающей на поверхности, которую так любят, но "Подросток" в творчестве Достоевского, как мне видится, занимает особое место.

Во-первых, это единственный труд из всего Пятикнижия, который написан от первого лица (если не воспринимать всерьез слова автора в "Братьях Карамазовых". Может их и нужно было воспринимать всерьез, но об этом мы никогда не узнаем, так как произведение неоконченное. Во всяком случае, их там очень мало).

Во-вторых, а видно это со второго раза наиболее ясно и отчетливо, "Подросток" - наиболее важное произведение для понимания творчества писателя в целом. Роман написан под эгидой "учусь говорить правду", пусть сие сделано и с известной долей условности.

Устами младенца не только глаголет истина, но и этот прием, когда повествование идет от лица еще не сформировавшегося индивида, очень популярен у многих авторов, потому что подросток может позволить себе гораздо больше, чем то вообще предполагалось и чего от него могла ожидать цензура. Достоевский с успехом воспользовался уроками "Подростка" в "Братьях Карамазовых", где у него некий мальчик делает некоторые выводы вселенского масштаба и умопомрачительной смелости.

Если попытаться воспользоваться символами, то юный Аркадий Долгорукий, главный герой этого произведения, меняется по ходу действия и пытается обрести себя сообразно самому писателю, при этом олицетворяя собой, если не многострадальный народ, то минимум - российскую интеллигенцию. В беседах, которые он ведет, отрицается не только аристократизм, но и нечто большее.

Например, он предстает перед нами пацифистом (разговор с Васиным). Эта идея насилия над личностью связующей нитью проходит через многие произведения Достоевского и по сути отрицает каноническую идею православия. Неудивительно, что данный образ в итоге воплотился у Булгакова в его Иешуа Га-Ноцри, ибо Булгаков нашел много общего в собственном понимании и трудах Достоевского.

Попытка изобразить себя настоящего на фоне нагромождений других собственных трудов в "Подростке" прошла безуспешно и, в связи с этим, можно только порадоваться за читателей, которые не восприняли Аркадия Долгорукого всерьез. Мне же видится здесь настоящий образ самого Федора Михайловича и он, на мой взгляд, нисколько не достоин порицания. Достоевский был немного другим человеком, нежели принято его считать.

Если сравнивать "Подросток" с чем-то еще у Достоевского, то абсолютно везде речь идет о материальном (пусть оно и не главное, но постоянно на виду), оно имеет ключевое значение. Зарисовки утреннего Петербурга в данном произведении тому подтверждение, они соответствую какому-нибудь менеджеру.

"Хотеть" и "быть", впрочем, применительно этого автора имеют разительное отличие, как, скажем, в религиозной концепции писателя, где у него истина осознанно отступает от того, что по мнения Достоевского правильно. Еще более нелепым выглядит желание "заработать" на рулетке. "Деньги, конечно, есть деспотическое преимущество, но в то же время и высочайшее равенство, и в этом главная их сила." С идеей Ротшильда не очень вяжется.

Писать о "Подростке" ясно и понятно ни к чему, потому что этот роман обращается к чему-то невероятно глубинному и темному, он более страшен, чем "Преступление и наказание", ибо убить старушку топором по темечку гораздо более просто, чем честно признаться самому себе в том, что тот самый нелицеприятный образ, который ты нарисовал, - мелочный, ничтожный и суетливый, это ты сам.

Но, собственно, ладно. Что мы имеем в итоге? У нас еще один Раскольников с целым ворохом темных мыслей и дурацких идей, но который, как тот самый князь Мышкин, не способен всех их воплотить в жизнь. Более того, от него причудливым нелогичным образом исходит еще некий божественный свет, искренний, неумелый и невинный. На него все равняются, к нему все тянутся. Куча злобных уродцев становится чище и лучше, потому что попадают под влияние Достоевского, как ни парадоксально это звучит, ибо он сам же их и выдумал.

Но, действительно, как мы в основном и влияем на этот мир? Не выкриками с броневиков, не нудными нравоучениями, а исключительно собственным примером. И здесь даже не мысль писателя, а позиция его. То место, что он занимает. В итоге, основная идея, каковой я ее здесь вижу, заключается в том, что мысли кажущиеся грешными никак не влияют на то, каким в итоге становится человек. Была бы приемлемой общая концепция.

Нужно ли читать "Подростка"? Безусловно, если мысли Федора Михайловича вам настолько близки, что вы готовы подписаться под каждым его словом. Подобное встречается нечасто, тем более, что с присущей Достоевскому вере в человека, тот значительно расширил аудиторию. Погреться к этому писателю приходят и принципиальные его противники. "Подросток" для тех, кто готов принять автора другим, с огромным ворохом недостатков, которые не имеют для них основополагающего значения.

Злосчастное письмо, которое Аркадий Долгорукий в течении всего повествования носит у себя за пазухой, я не считаю чем-то таким, что дает лишь ему одному знание правды, пусть оно именно так и зачастую трактуется. Письмо является для Аркадия уверенностью. Согласитесь, что это еще не правда.

Вернее, это не истина, а только правда личная, которая у каждого своя и доказать которую порою невозможно. Факт перестает таковым быть только на том основании, если его видят разными глазами. Трактовка же чего угодно может быть исключительно своя, не обязательно с долей демагогии, а, опять же, такая, которая порождает уверенность. Но уверенность кому-то дает не письмо, а, скажем, собственный разум.

"Дурак всегда доволен тем, что сказал, и к тому же всегда выскажет больше, чем нужно; про запас они любят". Ф. М. Достоевский "Подросток".

admin добавил цитату 1 год назад
Друг мой, дай всегда немного соврать человеку — это невинно. Даже много дай соврать. Во-первых, это покажет твою деликатность, а во-вторых, за это тебе тоже дадут соврать — две огромных выгоды разом.
admin добавил цитату 1 год назад
Но я знаю, однако же, наверно, что иная женщина обольщает красотой своей, или там чем знает, в тот же миг; другую же надо полгода разжевывать, прежде чем понять, что в ней есть; и чтобы рассмотреть такую и влюбиться, то мало смотреть и мало быть просто готовым на что угодно, а надо быть, сверх того, чем-то еще одаренным. В этом я убежден, несмотря на то что ничего не знаю, и если бы было противное, то надо бы было разом низвести всех женщин на степень простых домашних животных и в таком только виде держать их при себе; может быть, этого очень многим хотелось бы.
admin добавил цитату 1 год назад
— Самоубийство есть самый великий грех человеческий, — ответил он, вздохнув, — но судья тут — един лишь господь, ибо ему лишь известно все, всякий предел и всякая мера. Нам же беспременно надо молиться о таковом грешнике. Каждый раз, как услышишь о таковом грехе, то, отходя ко сну, помолись за сего грешника умиленно; хотя бы только воздохни о нем к богу; даже хотя бы ты и не знал его вовсе, — тем доходнее твоя молитва будет о нем.
— А поможет ему молитва моя, коли он уже осужден?
— А почем ты знаешь? Многие, ох многие не веруют и оглушают сим людей несведущих; ты же не слушай, ибо сами не знают, куда бредут. Молитва за осужденного от живущего еще человека воистину доходит. Так каково же тому, за кого совсем некому помолиться? Потому, когда станешь на молитву, ко сну отходя, то по окончании и прибавь: «Помилуй, господи Иисусе, и всех тех, за кого некому помолиться». Вельми доходна молитва сия и приятна. Тоже и о всех грешниках, еще живущих: «Господи, ими же сам веси судьбами спаси всех нераскаянных», — это тоже молитва хорошая.
admin добавил цитату 1 год назад
.. но так всегда у этих "беззащитных": и знают, что гибель, а лезут.
admin добавил цитату 1 год назад
Не все можно рассказать словами, иное лучше никогда не рассказывать.