Константин Паустовский - Начало неведомого века

Начало неведомого века

4.5
Читает Юрий Рудник
5 минут 11 секунд
Чтобы добавить аудиокнигу в свою библиотеку либо оставить отзыв, нужно сначала войти на сайт.

"Начало неведомого века" - третья книга автобиографической <<Повести о жизни>> К.Г.Паустовского.

Лучшая рецензияпоказать все
pozne написал(а) рецензию на книгу
Оценка:

Віють вітри

Третья книга из цикла «Повесть о жизни» К. Паустовского нисколько не отличается от двух первых – в ней столько же жизни, истории, личного переживания происходящего. В ней столько же бережного отношение к тому, что составляет нашу историю – домам, улицам, людям.

«Внезапно у меня замерло, а потом заколотилось сердце от мысли, что мне привелось жить в такое интересное время, полное противоречий и событий, полное великих надежд. «Тебе просто повезло, - говорил я сам себе. – Ты родился под счастливой звездой».

Третья книга – книга о перепутьях и ветрах революции. Я выросла под знаменем пионерии и комсомола, для меня это всегда были годы великих свершений. А потом было переосмысления истории, и до конца не ясно, где, на чьей стороне правда. Книга Паустовского тем и цена, что перед нами свидетельства реального, не стороннего наблюдателя. Причём у Паустовского в центре описания – люди, с которыми ему приходилось встречаться в это время. Каждый человек - носитель истории, интересная личность. Паустовский умел смотреть и видеть, умел замечать. Поразительно описание Ленина, уместившееся в трёх предложениях. В этом описании вся эпоха – необъяснимое обаяние речи, личности, необъяснимое доверие к этому человеку. И не только великие выходят у Паустовского столь замечательно - квартирная хозяйка Амалия, таинственный Магалиф, комиссар Анохин, Моргеншерн, Люсьена, Яшка на колёсах. Да их можно всех перечислить, ни один не прошёл мимо.
Многострадальный Киев, горемычную Одессу рвут на части разные «завоеватели» - от батьки Голопупенко до Деникина. Меняется власть, меняется масть, меняются законы. Страдают люди. «Доблестная» армия гетмана, полк Анощенко – нелепо, глупо, но вместе с тем страшно. Очень страшно было читать, о том, как кричит город от гайдамацких погромов. Жутко было от описания спасающихся и бросающих Россию, единой толпой плывущей к загранице. И не менее жутко молчание красных комиссаров всё это наблюдающих.
В одной рецензии прочитала высказывание о том, что историю надо изучать по таким книгам. Полностью согласна.

Прочитано в "Книгомарафоне" и в "Игре в классики"

Мы настоятельно рекомендуем вам зарегистрироваться на сайте.
0 слушателей
0 отзывов


pozne написал(а) рецензию на книгу
Оценка:

Віють вітри

Третья книга из цикла «Повесть о жизни» К. Паустовского нисколько не отличается от двух первых – в ней столько же жизни, истории, личного переживания происходящего. В ней столько же бережного отношение к тому, что составляет нашу историю – домам, улицам, людям.

«Внезапно у меня замерло, а потом заколотилось сердце от мысли, что мне привелось жить в такое интересное время, полное противоречий и событий, полное великих надежд. «Тебе просто повезло, - говорил я сам себе. – Ты родился под счастливой звездой».

Третья книга – книга о перепутьях и ветрах революции. Я выросла под знаменем пионерии и комсомола, для меня это всегда были годы великих свершений. А потом было переосмысления истории, и до конца не ясно, где, на чьей стороне правда. Книга Паустовского тем и цена, что перед нами свидетельства реального, не стороннего наблюдателя. Причём у Паустовского в центре описания – люди, с которыми ему приходилось встречаться в это время. Каждый человек - носитель истории, интересная личность. Паустовский умел смотреть и видеть, умел замечать. Поразительно описание Ленина, уместившееся в трёх предложениях. В этом описании вся эпоха – необъяснимое обаяние речи, личности, необъяснимое доверие к этому человеку. И не только великие выходят у Паустовского столь замечательно - квартирная хозяйка Амалия, таинственный Магалиф, комиссар Анохин, Моргеншерн, Люсьена, Яшка на колёсах. Да их можно всех перечислить, ни один не прошёл мимо.
Многострадальный Киев, горемычную Одессу рвут на части разные «завоеватели» - от батьки Голопупенко до Деникина. Меняется власть, меняется масть, меняются законы. Страдают люди. «Доблестная» армия гетмана, полк Анощенко – нелепо, глупо, но вместе с тем страшно. Очень страшно было читать, о том, как кричит город от гайдамацких погромов. Жутко было от описания спасающихся и бросающих Россию, единой толпой плывущей к загранице. И не менее жутко молчание красных комиссаров всё это наблюдающих.
В одной рецензии прочитала высказывание о том, что историю надо изучать по таким книгам. Полностью согласна.

Прочитано в "Книгомарафоне" и в "Игре в классики"

serovad написал(а) рецензию на книгу
Оценка:

Если бы можно, я поселился бы в уголке любого товарного вагона и странствовал бы с ним. Какие прелестные дни я проводил бы на разъездах, где товарные поезда сплошь и рядом простаивают по нескольку часов. Я бы валялся около насыпи на теплой траве, пил бы чай с кондукторами на товарных площадках, покупал бы землянику у голенастых девчонок, купался бы в соседней речке, где прохладно цветут желтые кувшинки. А потом, в пути, сидел бы, свесив ноги, в открытых дверях вагона, ветер от нагретой за день земли ударял бы в лицо, на поля ложились длинные бегущие тени вагонов, и солнце, как золотой щит, опускалось бы в мглистые дали русской равнины, в тысячеверстные дали и оставляло бы на догорающем небе винно-золотистый свой след.



Сколько раз себе говорю, Что отзывы на книги надо писать сразу по прочтении. Но не всегда получается. А вот теперь начинаю, и понимаю - а впечатления уже притупились! То есть я помню, что очередная повесть Паустовского мне как всегда безумно понравилась, но какие-то штрихи в памяти уже слились.

Ну да ладно, попробуем и так. Тем более, чего пробовать-то, отношение к книги я уже высказал.

Сколько бы ни пришлось жить на свете, никогда не перестанешь удивляться России. У меня это удивление началось в детстве и не прошло до сих пор. Нет в мире страны более неожиданной и противоречивой.



Это третья повесть из большой "Книги жизни". На этот раз мы знакомимся с жизнь писателя в 1917-1920 годы. И вместе с ним переживаем трижды революцию. Сначала в Москве, где он стал очевидцем событий 1917 года, потом в Киеве и, наконец, в Одессе. Об очень непростых событиях он рассказывает он рассказывает достаточно простым языком и таким же простым (моим любимым!) публицистическим стилем. Он не копается в душах людей, не лезет в менталитет, не ищет ответа на вопросы национальной идеи. Он просто рассказывает так, что это интересно читать. В иной книге равнодушно пропускаешь мимо глаз строчки о том, как вокруг рвутся снаряды. Здесь узнаешь, как Паустовский и еще несколько человек на несколько дней оказались отрезаны от всего мира восстанием юнкеров, как он несколько дней находится под обстрелом - и сердце колотится.

А потом через несколько десятков страниц читаешь. как он замерзал в Одессе, и замерзаешь сам настолько, что хочешь надеть свитер, или завернуться в плед. И уже совершенно не осуждаешь человека за то, что он ходил воровать дрова, точнее даже старые половицы, особенно потому, что он при этом сильно рисковал жизнью.

Свидетельство Паустовского - это еще одно, я полагаю достоверное слово о том, как жили люди в то время. Это даже не констатация факта, что жили плохо. Это рассказ. насколько разнообразно плохо они жили, и что будоражило их умы.

От газетного листа должно разить таким жаром, чтоб его трудно было в руках удержать. В газете должны быть такие речи, чтобы у читателя спирало дыхание.



Наконец мы видим все больше и больше зарождение в Паустовском журналиста и писателя. Мне как журналисту это наиболее интересно. Сколько бы историй о своей профессии не читал, более захватывающей, более романтичной и суровой версии ремесла публициста я еще не встречал

Такого человека начинаешь воспринимать как некий образец нравственности. Хотя о своих качествах, которые могли бы это подтвердить, написано как раз и не так уж много.

Завершаю цитатой. Без всякого заключения.

Все, что пишущий дарит любимому, он дарит всему человечеству. Я был уверен в этом неясном законе щедрости и полной отдачи себя. Отдавать и ничего не ждать и не просить взамен, разве только сущий пустяк - какую-нибудь песчинку, попавшую на милую теплую ладонь, - не больше.

panda007 написал(а) рецензию на книгу
Оценка:

Все интереснее и интереснее

Вера Инбер и Иван Бунин, Ленин и Свердлов, Нестор Махно и Мария Спиридонова, Владимир Гиляровский и Михаил Кольцов – кого только ни встретишь на страницах этой книги. И неудивительно: действие третьей части большой биографической эпопеи Паустовского начинается после февральской революции, а заканчивается где-то в двадцатом, бегством белой армии из Одессы.
Герою двадцать пять, самое время окончательно определяться в жизни. Он не сомневается, что хочет быть писателем, только вот пока получается не очень. Впрочем, его охотно берут в разные газеты на разные должности. А вот определиться на чьей ты стороне по жизни, непросто. Мало кто понимает, что происходит в стране и чем это этой самом стране грозит. Автор симпатизирует большевикам, но не готов однозначно встать на их сторону.
Честно говоря, берясь за книгу, я опасалась, что Паустовский при всем своем таланте и сдержанности окажется тенденциозным. Писался-то роман во времена, когда советскую власть однозначно принято было хвалить, а дедушку Ленина считать чуть ли не богом на земле. Но талант победил: автор не то чтобы оказывается в стороне от политики, просто его гораздо больше интересуют другие вещи: люди, природа, творчество.
Как всегда Паустовский оказывается в таких местах, куда либо никто не добирался, либо, добравшись, о них не рассказывал, скажем, о затерянном Полесском ските. Впрочем, даже если речь идет о чем-то много раз описанном в литературе, том же Киеве, в котором власть то и дело переходит из рук в руки, автор находит такие детали, что оторваться от текста невозможно. Думаю, этот эффект знаком многим любителям «сериалов» – чем больше читаешь, те сильнее привязываешься к героям, тем интереснее. У Паустовского это работает очень сильно, хотя автор вроде бы ничего для этого не делает. Но повествование настолько крепко сбито, динамично, насыщенно, что хочешь - не хочешь, а попадаешь по его обаяние.
В общем, с нетерпением жду продолжения. Только, судя по всему, уже в следующем году.

Прочитано в рамках Игры в классики

linc055 написал(а) рецензию на книгу
Оценка:

С каждым разом всё интереснее и интереснее! В третьей книге Паустовский рассказывает о времени, которое можно назвать безвременьем. 1917-1920 годы для России были не простыми, власть менялась чуть ли не каждый день, в стране неразбериха, что делать и куда бежать никто не знал. Анархия, погромы, грабежи, голод, народ растерян. Страшное было время, очень страшное, если выбирать между безвластием и хоть плохонькой, но властью, лучше наверно выбрать второй вариант.
В эти годы много чего пришлось пережить Паустовскому, но про таких как он говорят "фартовый". Фартило ему в те годы невероятно, чуть было не расстреляли, чудом получил разрешение на проезд через границу, не долго послужил в Украинской армии, да и вообще остаться живым в те годы, это разве не фарт.
Очень порадовали отношения с матерью здесь, если в первых двух повестях душа болела, то здесь уже видно, что всё-таки они родные, и они любят друг друга.

GalaStone написал(а) рецензию на книгу
Оценка:

Любимейший писатель. Книга из трилогии. Биография.

Человек, которому выпала такая судьба, может по разному ее воспринять: от глубочайшего непонимания и извечными вопросами « за что?», до смирения и ухода от реалий, столь изобильно и быстротечно вовлекающих человеческое существо в новые и новые ситуации смут, лишений, смертей, голода, предательства с одной стороны, но и самоотверженности, товарищества,а то и вдруг открывшихся самых лучших сторонах личности самого никчемнейшего человека( история о торгаше и еврейских детях) и всего прочего , что относится ко временам перемен...Паустовский- именно тот самый человек, на котором держится мир. Мир привычный прошлый и ещё не построенный будущий. тот самый добрый гений всего Человечества, сохраняющий хрупкое равновесие всего сущего до и после потрясений. Мы это понимаем тем сильнее, чем больше вовлекаясь в описание, принимаем, как это трудно для обычного хорошего и доброго человека быть просто хорошим и добрым... что же помогло юноше не только остаться таким же восторженным романтиком и вместе с тем разумным, здравомыслящим рыцарем, но вырасти мыслителем, умножив свой романтизм, не потеряв веру в честь, достоинство, правду и Человечность? Думаю, воспитание. Пример его родителей, сестры. Я не пишу о самой книге..., или как раз о ней и пишу... как замечал сам писатель, ассоциации- хитрая вещь, у каждого она своя, начинаешь с сюртука, а заканчиваешь памятником Бэлле... книгу прочесть нужно. Это безусловно. Всем ли? Этот вопрос меня часто посещает в тех или иных жизненных вопросах, касаемо нравственной составляющей книги и людей, прочитавших ее, но так и оставшихся при всех своих нравственно - этических недостатках. Мне сейчас пришла на память зарисовка Паустовского из его лет, прожитых в раздираемой переходами власти Одессе: он шёл домой по мостовой , неписаные правила того времени не рекомендовали смотреть в глаза прохожим, а под ногами были метки времени радостные и печальные, страшные и милые... сплющенные пули, капли крови- это страшные истории, но попадались на глаза и другие вещи: засушенные букетики цветов из томиков стихов, булавки с дамских шляпок, которые выбивали себе право на существование, пусть и на мостовых нескончаемых революций... Он видел все. Но оставлял за собой право быть счастливым. Это высочайшее свойство натуры во всемвремена так необходимо остальным. Мы читаем строки светлого, умного, открытого человека... мы причастны к нему... через года, через балтийскую ночь, в которой он так любил творить. Он говорит со всеми нами, а мы , затаив дыхание - внемлем...

admin добавил цитату 1 год назад
Молодой человек вынул из рукава финку. Я еще не видел таких длинных, красивых и, очевидно, острых, как бритва, финок. Клинок финки висел в воздухе на уровне Яшиного живота.
– Если вас это не затруднит, – сказал молодой человек с финкой, -то выньте из кармана пальто все, что вам нужно, кроме денег. Так! Благодарю вас! Спокойной ночи. Нет, нет, не беспокойтесь, – обернулся он ко мне, – нам хватит и одного пальто. Жадность – мать всех пороков. Идите спокойно, но не оглядывайтесь. С оглядкой, знаете, ничего серьезного не добьешься в жизни.
Мы ушли, даже не очень обескураженные этим случаем.
admin добавил цитату 1 год назад
Она была добросовестна до полного самоистязания.
admin добавил цитату 1 год назад
дурные люди понимают друг друга с одного взгляда
admin добавил цитату 1 год назад
К краеведам принято относиться снисходительно и считать их безвредными чудаками. А между тем они собирают по крупицам нашу историю, традиции и воспитывают любовь к своей стране.
admin добавил цитату 1 год назад
В то время события происходили так внезапно, что их можно было даже проспать.