Соломон Волков - Диалоги с Иосифом Бродским

Диалоги с Иосифом Бродским

4.5
2 хотят послушать 10 рецензий
14 часов 9 минут
Чтобы добавить аудиокнигу в свою библиотеку либо оставить отзыв, нужно сначала войти на сайт.

"Диалоги с Бродским" - книга для русской литературной культуры уникальная. Сам Волков пишет в авторском предисловии об экзотичности для России этого жанра, важность которого, однако, очевидна. Единственный известный автору этих страниц прямой аналог - записи обширных разговоров с Пастернаком - блестящая работа Александра Константиновича Гладкова. Но она, как мы увидим, принципиально отлична от "Диалогов".

Лучшая рецензияпоказать все
DerbyshireNests написал(а) рецензию на книгу
Оценка:

В отпуске мне захотелось прочитать "Диалоги с Иосифом Бродским" . Согласна, что выбор странный, но я непреклонна в выборе читаемых книг, особенно на отдыхе у синего-синего моря))))
Безусловно, Бродский сноб. Очаровательный сноб с умными мыслями, со своим чётким мнением обо всём на свете, с трудной, но интересной судьбой.
Жизнь сталкивала поэта с многими выдающимися личностями. Бродский восхищается стихами Одена. Мне кажется, что это больше личная симпатия. Английский поэт помогал Иосифу, когда он только попал в Америку.
Мне очень жаль Годунова. Танцовщику хотелось повторить подвиг Нуриева и Барышникова, но не всем везёт.
Хочу заметить, что "наши" своих не бросали и помогали, чем могли, что характеризует изгнанников только с хорошей стороны.
Я соглашусь с мыслью Бродского о творческих провалах многих поэтов. То, что неудачи необходимы в любой работе, это правда. Опыт, эксперимент нужен в каждой области человеческой деятельности, особенно творчества.
Думаю, эмиграция идёт на пользу творцам. Стресс, трудности, изгнание дают поэтам новые силы, увеличивают их дар. Бродский тому пример.
Огромное спасибо Соломону Волкову за эти блестящие беседы по душам с Иосифом Бродским .

Мы настоятельно рекомендуем вам зарегистрироваться на сайте.
3 слушателей
0 отзывов
DerbyshireNests написал(а) рецензию на книгу
Оценка:

В отпуске мне захотелось прочитать "Диалоги с Иосифом Бродским" . Согласна, что выбор странный, но я непреклонна в выборе читаемых книг, особенно на отдыхе у синего-синего моря))))
Безусловно, Бродский сноб. Очаровательный сноб с умными мыслями, со своим чётким мнением обо всём на свете, с трудной, но интересной судьбой.
Жизнь сталкивала поэта с многими выдающимися личностями. Бродский восхищается стихами Одена. Мне кажется, что это больше личная симпатия. Английский поэт помогал Иосифу, когда он только попал в Америку.
Мне очень жаль Годунова. Танцовщику хотелось повторить подвиг Нуриева и Барышникова, но не всем везёт.
Хочу заметить, что "наши" своих не бросали и помогали, чем могли, что характеризует изгнанников только с хорошей стороны.
Я соглашусь с мыслью Бродского о творческих провалах многих поэтов. То, что неудачи необходимы в любой работе, это правда. Опыт, эксперимент нужен в каждой области человеческой деятельности, особенно творчества.
Думаю, эмиграция идёт на пользу творцам. Стресс, трудности, изгнание дают поэтам новые силы, увеличивают их дар. Бродский тому пример.
Огромное спасибо Соломону Волкову за эти блестящие беседы по душам с Иосифом Бродским .

CaptainAfrika написал(а) рецензию на книгу
Оценка:

Диалоги и разговоры

Во вступительной статье и в предисловии к этой книге Яков Гордин и Соломон Волков напоминают нам очень важную вещь. А именно то, что для русской культуры жанр РАЗГОВОРА с крупным мастером – дело экзотическое. Не письма, не воспоминания, не размышления, а именно беседа – живой и непосредственный процесс. Известен Эккерман, конечно. Но, как указывает Яков Гордин, Гёте там – это эккермановский Гёте.

С появлением различных записывающих устройств этот процесс становится более доступным, объективным. В случае с Бродским был магнитофон. Который, к слову, иногда смущал Иосифа Александровича тем, что как бы торопил поэта. А Бродскому, как и всем людям в живом разговоре, нужны были паузы. И сигареты…
В «Диалогах» мы видим, прежде всего, живую беседу, не волковского Бродского, а самого Бродского с его особенностями речи: словами-паразитами (привычка в конце фразы говорить «Да?»), намеренными искажениями слов («ихний»), с жаргонами («очко», «охмурить», «девицы» и пр.)

Волков и Бродский

Не случайно книга названа «Диалоги». Я выражу общее мнение, сказав, что Соломон Волков предстаёт в записях этих разговоров блестящим собеседником, человеком глубоко и разносторонне образованным, имеющим своё мнение. Подчас Бродский и Волков спорят, находят или не находят общий язык, прислушиваются или нет друг к другу (чаще, конечно, Иосиф Александрович не прислушивается). Не случайно Волков в предисловии подчеркнул, что каждый диалог (а их в книге 12) строится по законам пьесы: там есть плавная завязка разговора, конфликт (споры, несогласия) и развязка.

Бродский-мифолог

Яков Гордин совершенно справедливо призывает не воспринимать книгу как «абсолютный источник для жизнеописания Бродского». Бродский здесь, при всей нелюбви его к нарушению личного пространства, всё же много рассказывает о себе. Но эта иформация служит, прежде всего, созданию собственной биографии. Точнее, своеобразного мифа о себе. Примерно как это было у Пушкина, который прекрасно понимал, что историю своей жизни можно мифологизировать.

Бродский и беспамятство

Очень и очень часто Бродский ссылается на свою плохую память. Он не помнит дат, многих имён. Или специально забывает? Всегда приводя в пример Анну Андреевну Ахматову: вот та, мол, всегда всё помнила отлично – даже события многолетней давности.

Думается, в этой «амнезии» есть большая доля той мифотворческой силы, которая проявляется у Бродского по отношению к самому себе. Он как бы хочет показать, что совершенно равнодушен к себе, к некоторым моментам своей жизни.

Метафизика и Бродский

Очень скоро по прочтении книги становится понятно, что для Бродского понятие «метафизического» - самое важное в жизни и искусстве. Это слово появляется чуть ли не на каждой странице «Диалогов». Метафизика событий, метафизика творчества, метафизические поэты.

Бродский: Вы знаете, будь я Иосифом Виссарионовичем Сталиным, я бы на то сатирическое стихотворение никак не осерчал бы. Но после «Оды», будь я Сталин, я бы Мандельштама тотчас зарезал. Потому что я бы понял, что он в меня вошёл, вселился. И это самое страшное, сногсшибательное.



Бродский и другие

Всегда интересно, как гениальные мастера оценивают творчество других людей. Как и многие гении, Бродский резок, подчас несправедлив (например, к Тютчеву), капризен и очень выборочен. Гениальными считает фигуры Цветаевой, Пастернака (и то не всего), Одена, Фроста, Мандельштама. Ему нравятся Заболоцкий, Батюшков, Фолкнер, Набоков-прозаик (не поэт!!), Томас Манн, Джон Донн, Кавафис. Он сильно не любит Солженицына… И вообще очень избирателен.

Волков: Если говорить о надрыве, то он действительно отсутствует у художников, которых приянто считать всеобъемлющими, - у Пушкина или у Моцарта, например…
Бродский: У Моцарта надрыва нет, потому что он выше надрыва. В то время как у Бетховена или Шопена всё на нём держится.
Волков: Конечно, в Моцарте мы можем найти отблески надиндивидуального, которых у Бетховена, а тем более у Шопена, нет. Но и Бетховен, и Шопен – такие грандиозные фигуры…
Бродский: Может быть. Но скорее – в сторону, по плоскости, а не вверх.


И вот гениальное:

Так уж всегда получается, что общество назначает одного поэта в главные, в начальники. Происходит это – особенно в обществе авторитарном – в силу идиотского этого параллелизма: поэт – царь. А поэзия куда больше чем одного властителя дум предлагает. Выбирая же одного, общество обрекает себя на тот или иной вариант самодержавия. То есть отказывается от демократического в своём роде принципа. И поэтому нет у него никакого права опосля на государя или первого секретаря всё сваливать. Само оно и виновато, что читает выборочно. Знали б Вяземского с Баратынским получше, может, глядишь, и на Николаше так бы не зациклились. За равнодушие к культуре общество прежде всего гражданскими свободами расплачивается. Сужение культурного кругозора – мать сужения кругозора политического. Ничто так не мостит дорогу тирании, как культурная самокастрация. Когда начинают потом рубить головы – это даже логично.

Урок литературоведения № 15

lenysjatko написал(а) рецензию на книгу
Оценка:

Век скоро кончится, но раньше кончусь я.

Диалоги ни на что не похожи: Соломон Волков подарил читателям бесценный дар - возможность по-настоящему поговорить с великим поэтом. Все выглядит настолько живо, что уже на сотой странице возникает ощущение присутствия, близости. Бродский тут такой, какой он есть. Не пытается себя приукрасить, он открыт и готов поделиться с миром своим мнением, своей жизнью, высказаться в конце концов!

Большую роль в книге играет и сам автор: он не просто задает тон беседе, но и очень грамотно ее поддерживает. Чувствуется сразу, что Волков разбирается в поэзии, литературе, хорошо подкован и в истории. Иосифу Александровичу явно самому очень интересно общаться с ним.
Кажется, что если бы собеседник оказался не таким ярким, то Диалоги просто не удались бы.

Хотя биографии поэта тут оказалось мало. Зато очень охотно Бродский делиться своими воспоминаниями о Ахматовой, Цветаевой, рассказывает о знакомствах со многими именитыми писателями, переводчиками, критиками.
Приоткрывает завесу в истории со своим тюремным заключением и пребыванием в сумасшедшем доме, но делает это между-прочим, акцентируя внимание на том, что эти события ничем для него не примечательны.

Поэт рассказывает массу курьезных ситуаций из жизни общества, в котором он вращался. И все эти воспоминания имеют большую ценность. Конечно, кого-то он любил, кого-то уважал, кто-то был его врагом.
Примечательно еще то, что личная жизнь Бродского и его любовь в данной книге оказались запретными темами. Ни одного слова не сказано о чувствах и о семье (разве что о родителях). Даже немного странно...

Думаю, что каждому будет интересно самому ознакомиться с Диалогами. Читается легко, темы затронуты весьма разнообразные. Нету тяжеловесных перегруженных мыслей с претензией на гениальность. Бродский предстает перед нами обыкновенным человеком, который прожил насыщенную и интересную жизнь, повидав многое и многих.

Рецензия написана в рамках игры Урок литературоведения.

Maria1994 написал(а) рецензию на книгу
Оценка:

Замечательная книга. Читается очень легко,хочется перелистывать электронные страницы все дальше и дальше. Все потому,что Иосиф Александрович необыкновенно просто рассказывает "о времени и о себе". Нету позы,пафоса,о Нобелевской премии говорится как-то вскользь, о творчестве - мало и без попыток представить себя великим поэтом,о себе - и того меньше. Очень понравилось вот это высказывание,в самом конце: "Лично меня - знаете, что больше
всего устраивает? Вполне устраивает! Судьба античного автора, какого-нибудь
Архилоха, от стихов которого остались одни крысиные хвостики, и больше
ничего. Вот такой судьбе можно позавидовать". Больше уделяется внимания другим - Шмакову,Барышникову. Бродский прямо высказывает свое мнение каким бы оно ни было. С большим почтением он говорит об Ахматовой,о Цветаевой. Самые интересные главы для меня - как раз литературоведческие. Особенно,когда Бродский проводит параллели,находит для Одена и Фроста соответствия (всегда приблизительные,как он подчеркивает) в русской поэзии. И весь этот анализ совершенно лишен какого бы то ни было академизма и сухости. Очень интересно.

Всего о "Диалогах..." не расскажешь. Их надо читать. Особенно если вы - поклонник Иосифа Бродского.

Tusya написал(а) рецензию на книгу
Оценка:

Не знаю, как можно оценивать подобные книги. И что здесь оценивать. Умение автора, спрашивающего, строить и вести диалог? Но мне кажется, что Бродский украсил бы собою диалог с любым спрашивающим. Содержание? Но это ведь жизнь. Чужая, не наша, но реальная совершенно. И, оценивай, не оценивай, ничего уже в ней не переиграешь.
Я не слишком большой знаток творчества Иосифа Бродского, но от книги получила огромное удовольствие. Он настолько хорош в этих своих разговорах, диалогах, зачастую монологах, в этом просто трёпе для души и для нас с вами. Эта его жизненная мудрость, юмор и ирония, частенько самоирония, его меткие фразы и выражения, порой готовые афоризмы, его цинизм, эгоизм, местами категоричность, пофигизм и равнодушие, и тут же умение прощать и великодушие. Его истории из жизни, когда малейшее воспоминание может превратиться в развернутое повествование. Это нежелание долго и подробно распространяться о жизни личной. Эти такие разные высказывания о тех, кого любил в своей жизни, и о тех, к кому, мягко говоря, не испытывал симпатий. Это невозможно читать равнодушно, этим надо наслаждаться. А потом - перечитывать его стихи. И еще Анну Ахматову. И авторов, о которых от Бродского услышала впервые. Это как порой бывает - затронешь в разговоре с человеком какую-то тему, и она дает толчок к каким-то твоим действием. Так и здесь - полнейшее ощущение разговора с маэстро. И желание продлить ощущение общения, прочитать и перечитать.

Книга прочитана в рамках Минского Книжного Клуба.

admin добавил цитату 5 месяцев назад
Что ж, для поэта разочарование - это довольно ценная вещь. Если разочарование его не убивает, оно делает его действительно крупным поэтом. На самом деле чем меньше у тебя иллюзий, тем с большей серьезностью ты относишься к словам.
admin добавил цитату 5 месяцев назад
Прежде всего имея в виду ее синтаксическую беспрецедентность, позволяющую – скорей, заставляющую – ее в стихе договаривать все до самого конца. Кальвинизм в принципе чрезвычайно простая вещь: это весьма жесткие счеты человека с самим собой, со своей совестью, сознанием. В этом смысле, между прочим, и Достоевский кaльвиниcт. Кальвинист – это, коротко говоря, человек, постоянно творящий над собой некий вариант Страшного суда – как бы в отсутствие (или же не дожидаясь) Всемогущего. В этом смысле второго такого поэта в России нет. (...) Цветаева – вовсе не бунт. Цветаева – это кардинальная постановка вопроса «голос правды небесной против правды земной».(...) Речь идет действительно о суде, который страшен уже хотя бы потому, что все доводы в пользу земной правды перечислены. И в перечислении этом Цветаева до самого последнего предела доходит; даже, кажется, увлекается. Точь‑в‑точь герои Федора Михайловича Достоевского. Пушкин все‑таки, не забывайте этого, – дворянин. И, если угодно, англичанин – член Английского клуба – в своем отношении к действительности: он сдержан. Того, что надрывом называется, у него нет. У Цветаевой его тоже нет, но сама ее постановка вопроса а ля Иов: или‑или, порождает интенсивность, Пушкину несвойственную. Ее точки над «е» – вне нотной грамоты, вне эпохи, вне исторического контекста, вне даже личного опыта и темперамента. Они там потому, что над «е» пространство существует их поставить. (...) Время – источник ритма. Помните, я говорил, что всякое стихотворение – это реорганизованное время? И чем более поэт технически разнообразен, тем интимнее его контакт со временем, с источником ритма. Так вот, Цветаева – один из самых ритмически разнообразных поэтов. Ритмически богатых, щедрых. Впрочем, «щедрый» – это категория качественная; давайте будем оперировать только количественными категориями, да? Время говорит с индивидуумом разными голосами. У времени есть свой бас, свой тенор. И у него есть свой фальцет. Если угодно, Цветаева – это фальцет времени. Голос, выходящий за пределы нотной грамоты. (...)Вы знаете – и да, и нет. Конечно, по содержанию – это женщина. Но по сути… По сути – это просто голос трагедии. (Кстати, муза трагедии – женского пола, как и все прочие музы.) Голос колоссального неблагополучия. Иов – мужчина или женщина? Цветаева – Иов в юбке.
admin добавил цитату 5 месяцев назад
Вообще-то в жизни нет ничего плохого, единственно что в ней плохо — это предсказуемость, по-моему.
admin добавил цитату 5 месяцев назад
У жизни просто меньше вариантов, чем у искусства, ибо материал последнего куда более гибок и неистощим. Нет ничего бездарней, чем рассматривать творчество как результат жизни, тех или иных обстоятельств. Поэт сочиняет из-за языка, а не из-за того, что «она ушла». У материала, которым поэт пользуется, своя собственная история – он, материал, если хотите, и есть история. И она зачастую с личной жизнью совершенно не совпадает, ибо – обогнала ее. Даже совершенно сознательно стремящийся быть реалистичным автор ежеминутно ловит себя, например, на том, что «стоп: это уже было сказано». Биография, повторяю, ни черта не объясняет.
admin добавил цитату 5 месяцев назад
Одно дело, когда веришь в Бога, а другое дело - когда веришь в Него опять.