Александр Грин - Фанданго

Фанданго

1 прослушал 2 рецензии
3 часа 2 минуты
Альтернативные озвучки
Чтобы добавить аудиокнигу в свою библиотеку либо оставить отзыв, нужно сначала войти на сайт.

«Фанданго» является лучшей новеллой А. Грина. События этого произведения разворачиваются в революционном Петрограде – голодном, холодном городе, охваченном страхом перед неизвестным будущем. Город, в котором никто не знает, что с ним будет завтра. Но даже в таком ужасном, мрачном месте есть место дороте и волшебству. И в этом убеждается главный герой данного произведения – А. Каур. В один прекрасный день он внезапно попадает из мрачного Петрограда в солнечный, яркий мир… Дверью в этот сказочный мир является старинная картина, а ключом – слова «Бам-Гран».

Лучшая рецензияпоказать все
NinaKoshka21 написал(а) рецензию на книгу
Оценка:

Арабеск из лепестков и лучей.

Зимой холодно, а летом тепло.

Допустим, что у Грина – это июль, у нас же, допустим, - июнь.
Мне нравится июнь больше, потому что лето еще впереди. Оно все еще призывно манит новыми приключениями и обволакивает тебя с ног до головы отважными иллюзиями на новую летнюю жизнь, где все иное, и ты не ты. А июль уже начинает тормозить лето. И жара. Я просто таю в жаре, кажется, что меня уже нет и только какой-то удивительный абрис кружится вокруг меня. Я выпиваю стакан воды. Пью воду каждый час по стакану. Очень неудобно, если прогуливаешься по модному бульвару без рюкзака, а с одной легкой изящной невидимой сумочкой. И все же я люблю и снег, и ветер, и мороз, и красный нос, и сугробы до небес, и вьюгу…. Ну, понесло.

Послушаем «Фанданго»…
Тише…

… это ритмическое внушение страсти, страстного и странного торжества. Вероятнее всего, что он – транскрипция
соловьиной трели, возведенной в высшую степень музыкальной отчетливости.



Если Фанданго звучит, и вы воспринимаете это чудо, то знайте, что душа звука непостижима уму.

Если Фанданго звучит, и вы воспринимаете это чудо, то знайте, что
это выражаемая определенность видимого.
Фанданго уходит в пульс, в дыхание.

И если ты хочешь увидеть невидимое, то непременно увидишь, а услышать сможет не каждый, а только тот, кто сможет укутаться звуками, натянуть их на себя, и, замерев, раствориться без остатка.
Это чувство приятного порабощения не передать словами. Это нужно пережить, или, иначе быть неготовым к этому. Вот именно Быть Неготовым. Это главное. Это подсознательный импульс. И на какой ноте пересечения это происходит у избранных, никто не знает.
А тишина знойного лета! Как она действует с волшебством, играя светом, расщепляя его невидимые глазу, но слышимые отдельные ноты из Фанданго. Ой, это коварное фанданго, сколько ловушек кроется в нем, сколько обрывов подстерегает путника, и сколько очаровательных минут восторга и удивления самим собой дарит оно тебе.
Фанданго может с «легкостью», непонятной тебе, неожиданно похитить зрителя в глубину перспективы картины, так понравившееся тебе, так что ты будешь чувствовать себя стоящим там, в той, картинной комнате, что очаровала тебя своей простотой, и в то же время недосказанностью..

Простота картины была полна немедленно действующим внушением стойкой летней жары. Свет был горяч. Тени прозрачны и сонны. Тишина – эта особенная тишина знойного дня, полного молчанием замкнутой, насыщенной жизни – была передана неощутимой экспрессией, солнце горело на моей руке, когда, придерживая раму, смотрел я перед собой, силясь найти мазки – ту расхолаживающую математику красок, какую приблизив к себе картину, видим мы на месте лиц и вещей.



В городе были цыгане. Это был город Зурбаган , хороший Зурбаган шутников.

В городе стрельнула пушка. Двенадцать часов.

Цыгане несли цимбалы, медный кларнет.
Профессор испанец Мигуэль-Анна-Мария-Педре-Эстебан-Алонзе-Бам-Гран. Невидимо руководил.
Статистик Ершов негодовал.

Все - профили, пейзажи и арабески были смешаны в условном порядке минутного настроения.



Загадочное не поражало. Это было обычное приглашение в другое измерение. Необычное в обычном. Заметьте его! И у вас будет свой Зурбаган.

Мы настоятельно рекомендуем вам зарегистрироваться на сайте.
3 слушателей
0 отзывов
0 цитат
NinaKoshka21 написал(а) рецензию на книгу
Оценка:

Арабеск из лепестков и лучей.

Зимой холодно, а летом тепло.

Допустим, что у Грина – это июль, у нас же, допустим, - июнь.
Мне нравится июнь больше, потому что лето еще впереди. Оно все еще призывно манит новыми приключениями и обволакивает тебя с ног до головы отважными иллюзиями на новую летнюю жизнь, где все иное, и ты не ты. А июль уже начинает тормозить лето. И жара. Я просто таю в жаре, кажется, что меня уже нет и только какой-то удивительный абрис кружится вокруг меня. Я выпиваю стакан воды. Пью воду каждый час по стакану. Очень неудобно, если прогуливаешься по модному бульвару без рюкзака, а с одной легкой изящной невидимой сумочкой. И все же я люблю и снег, и ветер, и мороз, и красный нос, и сугробы до небес, и вьюгу…. Ну, понесло.

Послушаем «Фанданго»…
Тише…

… это ритмическое внушение страсти, страстного и странного торжества. Вероятнее всего, что он – транскрипция
соловьиной трели, возведенной в высшую степень музыкальной отчетливости.



Если Фанданго звучит, и вы воспринимаете это чудо, то знайте, что душа звука непостижима уму.

Если Фанданго звучит, и вы воспринимаете это чудо, то знайте, что
это выражаемая определенность видимого.
Фанданго уходит в пульс, в дыхание.

И если ты хочешь увидеть невидимое, то непременно увидишь, а услышать сможет не каждый, а только тот, кто сможет укутаться звуками, натянуть их на себя, и, замерев, раствориться без остатка.
Это чувство приятного порабощения не передать словами. Это нужно пережить, или, иначе быть неготовым к этому. Вот именно Быть Неготовым. Это главное. Это подсознательный импульс. И на какой ноте пересечения это происходит у избранных, никто не знает.
А тишина знойного лета! Как она действует с волшебством, играя светом, расщепляя его невидимые глазу, но слышимые отдельные ноты из Фанданго. Ой, это коварное фанданго, сколько ловушек кроется в нем, сколько обрывов подстерегает путника, и сколько очаровательных минут восторга и удивления самим собой дарит оно тебе.
Фанданго может с «легкостью», непонятной тебе, неожиданно похитить зрителя в глубину перспективы картины, так понравившееся тебе, так что ты будешь чувствовать себя стоящим там, в той, картинной комнате, что очаровала тебя своей простотой, и в то же время недосказанностью..

Простота картины была полна немедленно действующим внушением стойкой летней жары. Свет был горяч. Тени прозрачны и сонны. Тишина – эта особенная тишина знойного дня, полного молчанием замкнутой, насыщенной жизни – была передана неощутимой экспрессией, солнце горело на моей руке, когда, придерживая раму, смотрел я перед собой, силясь найти мазки – ту расхолаживающую математику красок, какую приблизив к себе картину, видим мы на месте лиц и вещей.



В городе были цыгане. Это был город Зурбаган , хороший Зурбаган шутников.

В городе стрельнула пушка. Двенадцать часов.

Цыгане несли цимбалы, медный кларнет.
Профессор испанец Мигуэль-Анна-Мария-Педре-Эстебан-Алонзе-Бам-Гран. Невидимо руководил.
Статистик Ершов негодовал.

Все - профили, пейзажи и арабески были смешаны в условном порядке минутного настроения.



Загадочное не поражало. Это было обычное приглашение в другое измерение. Необычное в обычном. Заметьте его! И у вас будет свой Зурбаган.

AleksandrGrebenkin написал(а) рецензию на книгу
Оценка:

Раритеты от Александра Грина

Трёхтомник Александра Грина, выпущенный издательством "Престиж бук", несомненно заинтересует наиболее преданных поклонников творчества писателя.

Ещё бы! Ведь в него вошли собранные буквально по крупицам очень редкие рассказы и повести А.С.Грина,написанные в 10-20-х годов прошлого века и после публикаций в различных газетах и журналах (напр. "Огонёк"), больше никогда не издавались. Не входили они и в знаменитые"правдинские" СС писателя.
Читаешь сейчас эти произведения и бросается в глаза, что далеко не все они прошли проверку временем.
К некоторым из них и сам Александр Степанович относился с пренебрежением, называл "пятирублёвыми", написанными на скорую руку едва ли не в пролётке, или в трамвае, на пути к издательству, и никогда не включал их в свои сборники и собрания.
Но сейчас эти рассказы - ещё один штрих, важное дополнение к творчеству великого романтика.

Другая часть рассказов и повестей давно широко известна, очень ценима, но теперь входит в сборник с прижизненными иллюстрациями, что само по себе очень ценно и интересно.
Например, повесть "Фанданго".
В ней писателю удалось объединить совершенно несовместимые два мира: вполне реальный зимний Петроград 1921 года и фантастический, сверкающий весенней красотой, Зурбаган.
Писатель детально, реалистично, (хотя и не без элементов мистики), передает жизнь жителей города на Неве того времени.
Зима, холод, люди топят сломанной мебелью, бревнами разрушенных деревянных домов. Проблемы с едой. Очереди за пайками. Воришки, цыгане, мешочники на улицах. Всюду царят грязь, разруха, уныние и упадок. Происходят самоубийства, растет преступность.
Главный герой рассказа искусствовед и переводчик Александр Каур все же находит в себе силу духа для прекрасного и величественного. Настоящим откровением для него (или средством для ухода от действительности) становится увиденная им у знакомого картина, изображающая комнату, окна которой выходят на улицу восточного города...
Переломным моментом в рассказе становится прибытие в город загадочной иностранной делегации то ли с острова Куба, то ли из Испании.
Возглавляет ее некий Бам — Гран, в отличии от рассказа «Ива», предстающий здесь чуть ли не в образе дьявола — искусителя: берет с петушиным пером, острая бородка, хитрый и пронзительный взгляд внимательных глаз, умение колдовать и читать мысли. Неожиданные гости привозят вагоны с продуктами и различные вещи: экзотическую одежду, ткани, музыкальные инструменты и т.д. Александр Каур становится у них переводчиком.
Грин мастерски выстраивает психологические сцены. Особенно хорошо сделана сцена показа Бам- Граном привезенных товаров. Отношение к этому людей — это, в сущности, реакция дикарей, далеких от цивилизации, на привезенные игрушки.
Каур, как переводчик, получает необычную плату — золотые пиастры и конечно же спешит в чайную... Но и хочет разыскать исчезнувшего искусителя Бам-Грана.
Узнав о странной связи того с цыганами, он получает от последних загадочный артефакт — волшебный конус. Соединив предмет с картиной, он сначала погружается в чарующий мир Зурбагана, где оркестр играет «Фанданго», а затем возвращается назад, но уже в более благополучный 1923 год.
Беглый пересказ сюжета не может передать все нюансы и тонкости рассказа, а также своеобразной философии Грина, могущей иметь различные толкования.
Как любопытное соединение реальности и фантастики, у Грина также есть ранее написанный рассказ «Крысолов».
И, наконец, в последний том входят незаконченные крупные произведения Александра Грина.
Очень занимательный его роман "Мотылёк медной иглы", первая глава которого использована для романа - буриме 25 писателей "Большие пожары".
Очень жаль, что от занимательных и таких необыкновенных вещей, как интереснейший роман "Таинственный круг" ( О Нансене) и "Повесть о Хар - Датаге" сохранились лишь отрывки, отмеченные печатью мастерства настоящего гения.
Более лучше сохранилась и может дать цельное представление последняя книга мастера "Недотрога".
Начинаешь читать это произведение и погружаешься в своеобразную гриновскую эстетику, в тонкий душевный мир его героев — бедных скитальцев, зажиточных филантропов, благородных нарушителей закона, охотников и рыбаков.
Скитания седобородого оружейника Ферроля и его дочери Хариты, девушки очень тонкой душевной организации, в чем-то напоминают страницы прозы Чарльза Диккенса, например, его «Лавки древностей», где описано путешествие девочки и ее дедушки. Но Грин постоянно ставит своих героев в такие положения, когда проверяется их благородная сущность, человечность, способность к доброте и состраданию. Несмотря на присутствие в книге похотливого мясника, черствого учителя, юноши-садиста рано или поздно отыскивается и благородная душа. Это зажиточный человек, приютивший у себя отца и его дочь, материально помогающий им переоборудовать заброшенный блокгауз на берегу моря, чтобы превратить его в жилой дом. И тут возрастает роль Хариты, неутомимой труженицы, выращивающей в саду чудо-цветы, лепестки которых вянут в присутствии недобрых людей.
Грин работал над романом до последнего вздоха, вырывая у болезни часы и минуты. Но роман закончить так и не удалось.
Считаю, что данное трёхтомное собрание Грина очень интересно и доставит немало приятных часов поклонникам писателя.